Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

olga

Пио Бароха. Таков уж мир (Роман). Перевод мой

Часть третья
I
В Испании


Буду записывать мои впечатления день за днём. Не хочу отвлекать моими письмами Веру. Ей, наверное, тоже приходится бороться и колебаться, но почва, на которой она стоит, гораздо твёрже моей.

Она вышла замуж за соотечественника, человека науки, и живёт в аскетичной обстановке; я же, наоборот, не очень хорошо представляю, что меня ждёт в будущем. Лучше уж тогда писать это для самой себя и немного себя сдерживать, чтобы уже завтра не устыдиться моих чувств, потому что мой прежний опыт научил меня не особенно доверять моей непосредственности.

Моя теперешняя тревога объясняется тем положением, в котором я несколько поспешно оказалась. И вот я снова замужем и теперь, на границе с Испанией, чувствую себя, словно перед той таинственной сказочной дверью, которая с одинаковым успехом может привести как в ад, так и в рай.

Завтра мы поедем в одно риоханское село, где живут родные моего мужа.

Хуан говорит, что я быстро привыкну к Испании, однако тот испанский писатель, с которым я познакомилась в Биаррице, уверял меня, наоборот, что Испания для иностранца — особый мир.

Муж возил меня в Сан-Себастьян*, посмотреть на корриду; сам город мне очень понравился, он такой красивый, но вот зрелище показалось мне отвратительным — и не только потому, что оно производит впечатление жестокости и неблагодарности, особенно по отношению к лошадям, но и потому, что коррида вызывает физическое отвращение.

В начале, когда выходит квадрилья*, создаётся впечатление, будто мы станем свидетелями изящного и быстрого зрелища; когда появляется бык, такой сильный и бесстрашный, ожидание становится невероятным, однако множество физиологических подробностей не только неприятны и омерзительны, но ещё и разворачиваются очень медленно, не представляя ни малейшего интереса.

А вот игра в пелоту*, хотя в ней нет ничего драматичного, показалась мне, наоборот, приятной. Конечно, она далеко не всегда занимательна, но, не причиняя никому вреда, она производит впечатление увлекательного и очень подвижного вида спорта, проявляющего и сноровку, и ловкость.

Хуан говорит, что когда я увижу корриду во второй раз, она мне понравится, но я больше не собираюсь посещать это зрелище.

Продолжение следует
olga

Светлана (Повесть)

XV.

— Ты, наверное, хочешь узнать, откуда взялся спирт в корольковских канистрах? О, об этом он, с детским простодушием, рассказал мне сам в редкие минуты просветления рассудка (не хочется сказать «разума», при отсутствии такового). Но прежде позволь сделать мне одно лирическое отступление. Я уже говорила, что, едва заключив со мной брак, он возлёг на диван с пультом и пирожками. Наверное, он считал, что это зрелище вызывает у меня умиление и обожание — по части самомнения, даже на почве своей ничтожности, Королькову, как я говорила, не было равных. И, тем не менее, иногда он с дивана вставал, чтобы, так сказать, поработать. Эти так называемые работы были самыми ничтожными — как по части общественной пользы, так и по части дохода. Для чего же он на них устраивался? — Потому что Корольков, не в ущерб его профессиональному безделью, был, так сказать, общественным животным, то есть обожал крутиться среди людей, махать руками, фотографироваться со всеми подряд и без умолку болтать языком. Для этого, собственно говоря, он время от времени и устраивался на какие-то необременительные и чисто детские работы, доходов от которых я не видела, потому что патриот Корольков продолжал столоваться за мой счёт. Например, однажды он устроился курьером в одно крупнейшее издательство, работающее по госзаказам. И что же я слышала за ужином каждый день? — «Мы продали книг на столько-то миллиардов… мы заключили контрактов на столько-то миллиардов…» «Мы», понимаешь? Думаю, так в дореволюционной России рассуждал, сидя на завалинке, лакей или конюх крупного землевладельца: «Мы купили столько-то имений, мы продали столько-то миллионов пудов зерна». Излишне говорить, что сам книгоиздатель Корольков не продал собственных книг ни на копейку, потому что он их не издавал. Зачем же он тогда открывал издательство, спросишь ты? — Чтобы заказать себе визитки с золотыми вензелями и подобострастно раздавать их более или менее влиятельным людям. С нулевым результатом, разумеется. И при этом он был всего лишь курьером чужого издательства. И это в пятьдесят-то с лишним лет! Кстати, ты, наверное, смотрела замечательный фильм «Курьер»…

— Естественно! Отличный сценарий, прекрасные артисты.

— Да, особенно исполнитель главной роли, играющий роль молодого неприкаянного парня, который до армии работает курьером какого-то совершенно бессмысленного журнала. Этот парень совсем молод, живёт с прибабахнутой матерью, которую бросил муж, мало представляет, чем он будет заниматься после армии, — но при этом на удивление наблюдателен и артистичен. Фильм заканчивается открытым финалом: парень встречается глазами с молодым солдатом, вернувшимся из Афганистана, и зрителю остаётся лишь догадываться, что станет с героем потом — вернётся ли он из Афганистана, если его туда пошлют, а если вернётся, то чем займётся на гражданке, станет ли он порядочным человеком или бандитом, потому что потенциально он может стать кем угодно. Да, кем угодно, потому что он ещё совсем молод, и всё будет зависеть от окружения, в которое он попадёт и которое вылепит из него всё, что угодно. Этому парню, курьеру, не было и восемнадцати. Королькову было далеко за пятьдесят. Он был лыс и беззуб, но в нравственном отношении он оставался всё тем же семнадцатилетним курьером, но это было совсем не трогательно, а, наоборот, омерзительно. Когда человек, находясь в возрасте, в котором в старые добрые времена люди подводили итоги и готовились к смерти, болтается по жизни, как известная субстанция в проруби, — это омерзительно, со всех точек зрения.

Итак, продолжаю. Наскучив работать курьером, Корольков стал деятелем искусства, то есть ушёл в натурщики. Если ты думаешь, что натурщиками работают исключительно аполлоны и венеры, то крупно ошибаешься. Нет, в натурщики берут абсолютно всех, людей любого возраста и любой комплекции, но при единственном условии — умении сохранять в течение учебного часа ту позу, в которую натурщика ставит преподаватель. Для этого нужно было быть хотя бы минимально трезвым, и Королькову приходилось держаться.

Да и как ему было не держаться ради возможности раздувать свой пресловутый капюшон самомнения на абсолютно пустом, пустейшем месте? Да, казусы случались совершенно фантастические, по своей нелепости. Например, однажды в коридоре Королькова встретил один скульптор, профессор этого училища, и сказал ему: «Послушайте, э-э-э (он даже не знал имени Королькова, что естественно), вы не смогли бы мне часок попозировать? У меня заказ на скульптуру одного академика, нобелевского лауреата, скульптура уже готова, но мне нужно проверить, как будет лежать складка на его брюках. А для этого нужна живая натура, понимаете?» Естественно, Корольков с радостью согласился, и не ради денег — ради иллюзии почувствовать себя заслуженным академиком и заслуженным скульптором. Представь себе: академик всю жизнь посвятил науке, добился выдающихся результатов, заслуженно заработал хорошие деньги. Скульптор всю жизнь занимался тяжёлой работой, достиг высот мастерства, признания и заслуженного богатства, а Корольков всю жизнь только рассказывал похабные анекдоты и воровал чужие заначки… От академика остались его открытия, от скульптора останутся его произведения. А от Королькова? — Только складка на штанах скульптуры заслуженного человека, и ничего более. Но даже и об этом «достижении» никто не узнает.

Я рассмеялась.

— А теперь, — продолжила Светлана, — я попрошу тебя вспомнить другое художественное произведение — рассказ Чехова «Душечка», героиня которого меняла свои жизненные интересы в зависимости от профессии очередного мужа. Когда она была замужем за антрепренёром — разбиралась в искусстве, когда за лесоторговцем — в пиломатериалах, когда сошлась с ветеринаром — в болезнях животных. Корольков, соответственно, воображал себя крупным деятелем книжного бизнеса, пока носился по Москве с бумажками чужого издательства, а когда он переквалифицировался в натурщики и сидел на подиуме в бутафорской строительной каске, изображая передового строителя, он, естественно, стал крупным искусствоведом. Слушая разговоры рисовавших его студентов, он запомнил несколько терминов, обозначавших разные детали и плоскости человеческого тела, и по вечерам, над тарелкой с супом, потрясал костлявой рукой, давая наименования фалангам пальцев и сокрушаясь о том, как их трудно правильно нарисовать — и это при том, что его собственные графические способности не выходили за пределы известного «ручки, ножки, огуречик».

Вот там, на этом поприще, он собственно, и своровал спирт. Дело в том, что среди обучавшихся в училище студентов были и китайцы, которых по какой-то причине их руководители отозвали на родину, и в мастерской они оставили свои вещи, в числе которых были и упомянутые канистры. Корольков произвёл их исследование, хотя его об этом никто не просил, вывез канистры в мою квартиру, а когда китайцы вернулись и хватились своих канистр, Корольков отключил телефон, нанял на украденные у меня деньги такси и приехал ко мне на дачу, так сказать, пилить дрова. Ну а дальнейшее тебе известно.

XVI.

— Нет, как раз не известно! — воскликнула я. — Ты не рассказала мне самого интересного — того, как патриот Корольков стал удобрением для твоих прекрасных цветов.

— В самом деле, — согласилась Светлана. — Ну, тогда слушай. Каждый раз, после своих возлияний, Корольков спал буквально мертвецким сном два дня. Проходя мимо этого безобразного тела, похожего на разложившийся при жизни труп, я думала: «Вот зачем живёт такой человек?» Однако из этого не следовало, чтобы я собиралась его убивать. Кто он такой, чтобы марать об него холодное оружие, пусть даже и в виде кухонного ножа? Кто он такой? — Король Ричард? Регент Глочестер? Наполеон? Марат? Царь Александр? Нет, всего лишь ничтожный приживальщик, исчезновение которого из книги жизни не будет ни замечено, ни оплакано никем. И я решилась положиться на естественный ход событий. В один прекрасный день, когда Корольков находился в очередной стадии своего трупного сна, я копала вот эту самую грядку под посадку пяти кустов роскошных сортовых георгин. Выкопав яму полуметровой глубины, я села на скамью, отдохнуть от трудов праведных, и тут явился, шатаясь, как от шторма, патриот Корольков. Схватив стоявшую около лавки лопату, он принялся копать яму дальше, хотя я его об этом совсем не просила. Что можно делать с человеком, который в состоянии «белочки» импульсивно совершает какие-то бессмысленные действия? — Не знаю, это знают профессиональные психиатры. Скорее всего, таким пациентам делают какой-то мощный укол и надевают на них смирительную рубашку. Но я не психиатр, а всего лишь скромный японист, и поэтому я просто села на велосипед и поехала кататься, надеясь, что по возвращении застану Королькова спящим, как всегда, мертвецким сном бессмысленного человека. Кстати, как ты думаешь, почему в России так много и так безобразно пьют?

Я пожала плечами.

Продолжение следует
olga

Нет, переводчик не наврал, как настройщик роялей, и «молодец, сделал всё очень красиво»

Прочитала рецензию на один из романов в моём переводе. Читательница пишет (авторская орфография сохранена):

«Такое ощущение что при чтение этого произведения ты сама попадаешь туда и становишься частью их романа, автор молодец сделал все очень красиво, я просто в восторге».

Милой барышне, конечно, невдомёк, что у неё не было бы ощущения реального присутствия в истории («ты сама попадаешь туда»), если бы книгу перевёл сапожник или известный настройщик роялей из романа Эренбурга:

«Ну и городок, скажу я вам, Париж! Вы сами прочтёте. Сначала мальчик спит с девочкой. Хорошо, это и у нас в Крыжополе бывает. А потом мальчик спит с мальчиком, а девочка с девочкой, и каждый отдельно, и все вместе, и на двухсотой странице я уж не могу ничего разобрать, потому что это даже не кровать в семейном доме, а какая-то ветряная мельница. Я не знаю, может быть, и переводчик наврал, потому что это один эстонец, настройщик роялей. Он понимал из десяти слов пять, и он даже сам сказал мне, что за сорок рублей не может понимать все слова, хватит с меня половины».

«...автор молодец сделал все очень красиво».

Аналогично.

«...я просто в восторге»

Ну, без переводчика весь восторг ограничился бы одной обложкой сомнительного качества.

Впрочем, я не Гурченко из «Карнавальной ночи», чтобы надеяться на чьи-то аплодисменты или хотя бы на доброе слово.

Я и сама себе рукоплещу.

Когда считаю это необходимым.
olga

Кураев жжёт напалмом

Уважаемый дьякон прочитал (и написал) за свою жизнь столько литературы, в том числе и откровенного хлама (что относится скорее к написанному, чем к прочитанному), что от обилия такой информации можно, конечно, и тронуться умом.

Но не настолько же!

http://diak-kuraev.livejournal.com/564360.html#

Тем, кто не понял его витиеватое рассуждение, объясняю: священнослужитель, одолевший своё былое влечение к мужскому полу, по благословению начальства внедряется в церковную среду и при помощи некоего «гей-радара» вычисляет лиц, склонных к содомскому греху.

Что такое «гей-радар»? По Кураеву — оставшееся от прежней жизни умение «вычислять милого по походке», по ужимкам и словечкам.

Могу себе представить такого штатного «гей-радара», которого, в качестве живого полиграфа, возят по епархиям, чтобы он своим пронзительным взором отделял «чистых» от «нечистых».

До сих пор мне казалось, что уровень патриархийного идиотизма, после чаплинского «дресс-кода», уже «достиг вершин лондонского дна».

Но идиотизм, как оказалось, неисчерпаем.

Г-н Кураев, а действовать старым дедовским методом не пробовали? Разбираться в каждой конкретной жалобе на каждого конкретного содомита? Нет, это хлопотно.

Проще, конечно, нажать кнопку «гей-радара». Как говорится, «царствуй, лёжа на боку».

P.S. Один из комментаторов пишет:

Даже Гитлер не думал, что у него непогрешный жидорадар, а создал целое министерство для этого!

Конечно, потому что Гитлер (в качестве "реального политика", оговорюсь) был умным. Чего не скажешь о Кураеве.

P.P.S. Хотя ларчик открывается очень просто, о чём прекрасно написал другой комментатор:

Я клирик ещё, правда, только 18 лет, но этих определял сразу и без всякого внутреннего гомосексуализма. Может дело в том, что я простой селький поп.

Конечно, дело именно в этом: Кураев никогда не был "простым сельским попом", но был нацелен только на то, чтобы шаркать по патриархийным паркетам. А если и ездить по регионам - то исключительно с целью демонстрации себя, любимого.

И, наконец, очень дельное предложение комментатора:

Кого порекомендовать в качестве человека с гей-радаром патриарху Кириллу? Может быть, Бориса Моисеева?

Всемерно поддерживаю. Моисеев уже старенький, чтобы скакать по сцене. А опыт гей-радарства у него, конечно, огромный. Думаю, он с удовольствием примет монашество, епископский сан и изобразит соответствующее раскаянье.

Общественность охотно развивает идею Кураева:

Это не решение проблемы, ибо нужен рукоблудо-радар, ското-радар, блудный сенсор и т. д. А алкорадар? Да на все грехи не напасешься гипнотизёров.

Почему же? При Патриархии можно создать специальное Министерство радаров, с соответствующими департаментами. Начальником Департамента рукоблудорадара надо назначить самого выдающегося бывшего онаниста и т. д.

Ну и, наконец:

Бред какой-то!
Может быть, просто епископам и Патриарху своевременно реагировать на жалобы, направляемые с мест? Если нет своевременной и адекватной реакции на обращения жертв гомосеков и педофилов, то выходит, что ВСЁ руководство РПЦ как в Москве, так и на местах страдает сексуальными девиациями? Тогда на фига нужна такая "церковь" (с маленькой буквы, как аппарат управления)? Такую "церковь" спасет только тотальная зачистка со стороны внешних сил. Получается, не избегать гонений нужно, а молиться о их скорейшем наступлении, чтобы спасти хотя бы "остаток".


Вот именно. Как говорили святые отцы, безопасность - худшее из гонений, так что "тотальная зачистка со стороны внешних сил" сыграла бы в таких обстоятельствах роль очистительного ливня, если уж преимуществами общественно-политической безопасности руководство МП пользуется только для того, чтобы стричь купоны с нанопыли и конструировать гей-радары.

P.P.P.S. Люди справедливо опасаются:

А не боитесь, что Патриарх-гомосексуал встанет на темную сторон силы? Вдруг в какой-то момент страсть победит и возобладает в нем, и тогда радар будет использован против епископов традиционных взглядов...

Нет, Кураев не опасается. Он же твёрдо знает, кто победит в этой серии "звёздных войн".

Господа, отнимите, кто-нибудь, у Кураева игровую приставку с нано-радарами и нано-мечами!
olga

Битва титанов

Один монстр русской литературы восстал на другого монстра:

http://limonov-eduard.livejournal.com/401981.html

Поскольку в блоге Лимонова я забанена (всего за один учтивый комментарий на общественно-политическую тему), выскажу своё мнение здесь.

Один из комментаторов написал:

Графоман неудачник пиарится на мусоре! (Орфография автора)

Я бы, конечно, не сказала так резко и предпочла бы более куртуазные формулы, но суть дела, как мне кажется, схвачена верно.

Писанина Акунина — это, конечно, мусор. Но мусор, аккуратно расфасованный и аккуратно подписанный, подписанный гладеньким и верноподданным почерком услужливого архивиста. Писанина Акунина идеально вписывается в классическую схему общества потребления: «Писатель пописывает, читатель почитывает». И при этом его мелкотравчатые либеральные взгляды, которые так раздражают Лимонова, в данном случае не имеют никакого значения: судить о писателе с точки зрения его взглядов и общественно-политических телодвижений — это неспортивно.

Можно ли назвать Лимонова, как написал комментатор, графоманом-неудачником? С моей точки зрения, безусловно. Но, опять же, не с обывательской точки зрения, хотя Акунин своим пописыванием и наколупал себе на квартирку в Париже, а Лимонов — нет, хотя Париж ему и нравится. Дело не в этом. С точки зрения «гамбургского счёта» Лимонов, безусловно, — неудачник, потому что неудачник, с точки зрения литературы, — это автор, которому были суждены благие порывы, но который так и не создал ни одного запоминающегося образа, хотя писал много и энергично, но… но с такой отвратительной неряшливостью, что и читать стыдно. Стыдно писать романы в стиле лытдыбра из соцсетей.

Что же мы имеем в итоге? Один — мяконький, либеральный и гладенький, другой — угловатый, радикальный и неряшливый.

Да, но кто из них войдёт в историю литературы, собственно литературы?

Боюсь, никто.
olga

Хроника народной любви к убиенному "Аргентинцу"

Скриншота нет, возьмите копию. Читайте снизу. "Ротвайнд" - это я. Остальных, как на духу, не знаю.

Лена, Муха, Ложка! скока вас.. В очередь, сукины дети! В очередь!!
Пол (ЛА)

Я умею, я умею!
Клава (Сочи)

Ложка, я понял, не дурак, вы меня как бы к себе зовете, да? Со звуком - это лучше. токо мне не надо абы с каким. Я люблю чтобы женщина тонкочувствующая была, умела работать со словом. В эти самые моменты. На разные голоса люблю чтобы.
Пол (ЛА)

Я и Габриэля трогал, чего скрывать. А ЭБ теплая, кожанная.
Пол (ЛА)

А мы с Гавриком, пока вы там шпиле-виле, пойдём бутылки собирать и салфетки ссаные, которые все тут понабросали!
няня Груша (Барановичи)

Пол, а вы прямо видели и трогали ЭБ? И как она наощупь?
Лена (Москва)

Польчик-колокольчик, а я и со звуком могу! И по-испански, и даже по-корякски. Ты, главное, Эличку не забудь, чурики-чура. Зажжем втроем!
Ложка Мойкина (Омсква)

Дык! Чего нет, того нет. И не пересаживают. С этим надо родиться!
Кастрикия, можно Кася (Бердичев)

Станьте обладательницей железной задницы - и у вас такой мужчина будет. Да поможет вам Святая Дева Гваделупская!!
Пол (ЛА)

Ах, какой мужчина!
Мурочка (Черновцы)

Ложка мойкина, ваше предложение будет рассмотрено, фоточку свою выкладывайте... И не люблю я без звука, я на испанском люблю...учитывайте и учите. Другие учили, были случаи.
Пол (ЛА)

Пашенька, голубчик! Когда и где ты умудрился - неужто в самолёте? Очень это плохо, но покаялся - молодец.
Кастрикия Игнатьевна (Бердичев)

Я вас, лядей старых, насквозь вижу. Сидите, неудачники, пялитесь в монитор (а кто-то и в телевизор, ибо не разумеют, где одно, а где другое) и думаете, чем бы еще Эле насолисть. Ни книг у вас, ни эфиров с наваженовым, ничего. Лохи. Эля, если ты читаешь эти строки - прости меня! Смотри как я за тебя горой! Прости родная, бес попутал! обещаю больше не спать с Ракелькой. И грудь у нее обвислая и вобще она на испанском не очень. Не то что ты!
Пол (ЛА)

Нету больше Мухи... "Будут косточки сухие ее дождик поливать. Будут глазки голубые ее курочка клевать..." Саша Черный
Мух (Большие Пупсы)

Прекратите глумиться над успешными писателями, нелюди! Мы красавицы и умницы, и успешные, а вы - тьфу! Всех забаню превентивно поголовно!
Кируля Аскалонская (Ашкелон)

Иже херувимо, Пол. В смысле, но паССаран. Вы это, када будите звонить в дверь, все же не забудьте прихватить с собою дражайшую супружницу свою Эльвиру. Еси пердёти с нею, я отдамси Вам без звука. От так от!
Ложка Мойкина (Омсква)

А сколько времени сейчас в ЛА, никто не знает? Рано ли встаёт охрана?
Кастрикия Игнатьевна (Бердичев)

Чу, стукнула калитка...Шаги у двери..Пол?!!!
Муха (Большие Пупсы)

Рифма - это не самоцель. Главное чувства. А от волнения в предвкушении долгожданного звонка и вовсе зарапортоваться можно, это же так волнительно, я мандражирую!
Кастрикия Игнатьевна (Бердичев)

Кастрикия, сразу видно, что вы из Бердичева. Все у Вас как-то не в рифму...
Муха (Большие Пупсы)

Ах, лукавый Павлик, жду с нетерпением! Позвони мне, позвони - как поётся в русской народной песне. Я вся горю, уже жду у двери!
Кастрикия Игнатьевна (Бердичев)

Пол, душка, наконец пришел!...
Муха (Большие Пупсы)

Вы офанарели все тут? я же могу вычислить ваши координаты, ясно нет? Охренели, писаки сраные. Хватит травлей заниматься, на себя лучше посмотрите. Еще одно такое хамское сообщение - и ждите звонка в дверь.
Пол (ЛА)

Ах, светает...Три раза прокричал петух и солнце золотит деревья. Пора, пора...
Муха (Большие Пупсы)

Ах, Ложка Мойкина! Вы лукавая девочка, не знающая Шанхая (грожу пальчиком)! Лена, мы - фанаты, будем говорить о книге!
Муха (Большие Пупсы)

Ну кто, скажите мне -КТО кроме самого автора будет говорить о книге? Кому надо ее нахваливать? Только автор! Поэтому я считаю, что Барякина - просто супер продажник. Все уловки с кремами и чаем и другие - вот показатель того, что она ДУМАЕТ. А не просто - написала книгу - и нате подавитесь! Реклама и самореклама - для современных великих писателей. а середнячки пусть пылятся на дальних полках.
Лена (Москва)

Черт возьми, блестящая идея! Цытировать можно уже прямо счас начинать. "Итальянка в русском ресторане, очи что смородины в сметане... К ней приходят в настроении унылом, а она врачует усех вином и сыром"... Черт, я плачу... Так пронзительно, так ЧУВСТВЕННО!!
Ложка Мойкина (Омсква)

А я вот что думаю, по-хорошему-то, мы могли бы тут встречаться. Да за светской беседой о проблемах книгоиздания и писательского кризиса чудно проводить время. Опять же, классика нашего, Эльвиру цитировать. Устраивать вечера прозы и поэзии.А на рассвете Павел уберет весь мусор. А к вечеру мы опять, в клуб по интересам...
Муха (Большие Пупсы)

А почему, собственно, нам? И вам тоже. Так что не обольщайтесь там особенно, в своих Пупсах-то. Эльвирина метла всех сметет - и мух, и бактерий...
Ложка Мойкина (Омсква)

Ну-ну...Играйте на солнце, бактерии. В Лос-Анжелесе утро. Недолго вам осталось...
Муха (Большие Пупсы)

Молодец, Леночкя из Самары, сразу видно НАШ ЧЕЛОВЕК. Я вот тоже делаю жизнь с Эльвиры. И с Умного Блога! Эльвира, мы снимаем с Вас узоры!!!
Ложка Мойкина (Омсква)

Какие вы, блин, злые! Ну, признайтесь - ну, завидуете же по-страшному. А я вот на днях сняла все деньги с банки и купила ажно цельный самосвал Эльвириных кних. Эльвира, люблю Вас! Я - Ваш кумир!!!
Ложка Мойкина (Омсква)

Ну что-ж...Коль у нас не получилось высокодуховной беседы, я ухожу. Пойду, черкну пару строчек, то-ли стихов, то-ли прозы...
Маруся (Питер)

Ты гляди, всюду жизнь! И в канализационных трубах тоже! Что, не тонется?...
Маруся (Питер)

Не пизди, а то забаню! На работу на сумалете летать будешь!
Эльвира (Б.)

О господи, еще одно дитя трущоб...Прелесть моя, не берите на себя ответственность называться чужим именем!
Маруся (Питер)

Как вы все задолбали, козлы тупые! В вас хорошо только одно - бабло ваше, которые вы платите за моих деточек. А так - глаза бы мои на вас не глядели, свинорылое быдло!
Эльвира (Б.)

Ладно, пусть живет. Всякой твари на земле место есть...
Маруся (Питер)

Маруся, оставьте уже людей в покое. Пролетарии провоцируют, а Вы как маленькая ведётесь. Игнорируйте, тем более человек всё равно нашу с Вами любимую книгу тоже любит и покупает. При нынешней бездуховности, особо на селе - это подвиг просто. А поворчать любят старики - поворчит и перестанет, будьте выше чуть-чуть.
Екатерина Ж. (Жмеринка)

Лена, не соглашусь с Вами. Вернее, соглашусь частично. Реклама - двигатель прогресса, об этом знает и ребёнок. Но ничто не заменит книге ее неповторимого духа. Люди все равно все видят, понимаете? И хорошая литература рано или поздно " выстрелит ", найдет своего читателя. А мыльные пузыри лопнут как не было. И вот этот автор, Э. Барякина - пример такой литературы! Это на века.
Екатерина Ж. (Жмеринка)

Эх, Иван, вы бы меньше телодвижений делали, в Вашем-то почтенном возрасте. Не ровен час, Кондратий тяпнет...Зима, говорите? Ненецкий национальный округ?
Маруся (Питер)

Я Шанхай парню своему подарила, вот хотела и Аргентинца ему купить чтобы читал а он сказал , что тоже г... И сказал что я дура что на такое видусь.А мне нравицца! Ни какая-та быдлятина, смысел есть. он умным себя считает . дурой все время обзывает а я даже 2 курса техникума кончила! Эльвира , может мне его бросить ? Веть ни пониемает нифига он. Посоветуйте мне Вы такая женчина умная начитаная. ни то что некаторые тут, и сюда залезли.
Снежана (Воронеж)

Не на молодух же вскакивать в почтенном возрасте, всяк со своею состарься да умри, а не скачи как заяц - такие мои мысли. Кто ж зимою сеет, дура ты неповитая??? Эххх, вон даже чучмечка и та получше тя об жизни соображает.
Иван (Белёв)

Elvira ne gavno! Elvira krasavica, zachem tak govorish'?/
Gulya (kazany)

Именно, старуха...Еще один, выходец из народа. А гляди-ж ты, туда же, в интернет лезет! Даже отсталые слои населения нынче в сети висят, жизни учат. В поля! Работать! Пахать и сеять!
Маруся (Питер)

Elvira, ty ne tatarka? Imya tatarskoe, krasivoe. Gde kupit' tvai knigi, skazhi? Hochu pro Argentinu chitat' interestno, pro Kitay malo-malo ne ponyala, trudno mne, ty po-russki lutche menya znaesh. No ya ochen' kak ty hochu. Ty v Kazani budesh - u menya zhivi skoko hochesh, plov prigotovlyu, nalivku sdelayu. Moy dom - tvoy dom, ty krasivaya.
Gulya (kazany)

всем привет! меня зовут Лена. сама работаю в рекламе. Читаю всё , что пишет Эльвира - вот сразу ясно, что она разбирается в вопросе. Главное - не как ты пишешь, а как рекламируешь. Любое , понимаете, любое какашоидное гавно можно продать. Эльвира, так держать. Продавай и на запад теперь.
Лена (москва)

Эльвира, Вы прелесть! Я с Вас делаю жизнь!
Леночка (Самара)

У меня моя старуха есть, мне чужих баб не надобно, и так пенсии мало. А тебе хера хорошего надо б. Хер, ежели чего, это мущина такой интеллигентный, даже и в годах. А ты же баба, видать, не глупая, раз книжки такие с историей страны нашей читаешь. Дак и не склочничай.
Иван (Белёв)

Иван, только не надо за мной ухаживать. Как там у классика нашего?:"Мы в женихах, как в семечках рОимся..."
Маруся (Питер)

Вот жеже коза упёртая! И злыдня. Наверно, мужик твой помер уже или давно на пол-шестого ходит?
Иван (Белёв)

Идите лесом, Иван, мимо кладбища...
Маруся (Питер)

Тяжело - так не подымай! Кончай курячью свалку, клуши! Сказали бы лучше Эльвире чего доброго да хорошего, какой труд она вложила в эти книги, а вы тут мордобой устроили. Завистникам и недоброжелателям её только того и надо ж!
Иван (Белёв)

Но три класса-то церковно-приходской школы должны же были научить Вас хоть каким-то азам...
Маруся (Питер)

Олеся, как тяжело с Вами. Все-таки недостаток интеллекта сказывается на поведении и общем состоянии. Вы не заметили, что я оставила положительный отзыв? Про русскую поговорку Вы погорячились, однако, ну да Бог с Вами. Откуда же Вам знать, не имея образования...
Маруся (Питер)

А мне прощения не нужно, от одноклеточных хамов особенно. Даже удивляюсь, что вас на этот сайт и занесло-то, кроме злобы вашей, зависти и неудовлетворённости всем и вся! Эдакое хамство. Советую послушать, как Эльвира поёт. Она ведь не только писатель, она поёт замечательно! Может, тогда озарение какое-то, подобное ангельскому, снизойдёт на души ваши загрубевшие и чёрствые. И будет вам даровано цартсвие небесное, ибо говорит так хорошая русская поговорка - не хлебом единым жив человек!
Олеся (Питер)

Олеся, голубушка, я Вам прощаю "одноклеточную". Потому как вы тоже дама и, чувствуется, весьма одинокая...А вообще, есть тут сторож на сайте? Который бы следил за порядком?!
Маруся (Питер)

Думаю, книгу-таки не издадут эту. И вот почему: 1. дорого 2. мало покупателей - молодёжь колется, все остальные Поле Чудес смотрят 3. повальная нищета в России 4. русские не владеют своим же языком, им трудно читать на хорошем литературном языке 5. электронные книги, много где и забесплатно 6. картинки не цветные, а народ русский - как дети. Ну и вообще - не за тот, матушка, шуж ты взялась! Из России уехала таки давно, не видишь, во что она нынче превратилась. Та и эта Россия - две большие разницы!
Купетман И.Н. (Вышний Волочек)

Оба вы хороши и оба хамы. На интеллигентном сайте, в отзывах о книге матерщину и базар развели. Стыдно! Четыре эти главы прочитала запойно, очень жду выхода книги. Дорогая Эльвирочка, Вы такая талантливая. И такая демократичная и бесстрашная, я бы заплакала и малодушно удалила бы отзывы таких вот Марусь и Амброзиев. Одноклеточные.
Олеся Б. (Питер)

Я, между прочим, тоже давно не девочка.А вы, батенька, хам и пьянь. Не из ваших ли фашисты во время войны полицаев набирали?
Маруся (Питер)

Да как ты смеешь человеку, сединами убелённому, хамить, кура малограмотная (как и твоя писателька Бурякова)???? Сволочь - это тот, кто этой домохозяйке эмигрантской предательнице страны свокй, не может правду сказать о её мастерстве убожество рожать. Издателю этому вообще яйца оторвать надо или что там у него, чтоб неповадно было макулатурой головы таких куриц безмозглых дурить!!!
Амброзий (Чесуны)

Какая вы сволочь, Амброзий!
Маруся (Питер)

Ещё одна скудоумная! Да кому такой мусор нужен, издательству-то? Почитай без розовых очков, бред там один, Клим какой-то, нина какая-то, чушь свинячья. Больно ей читать... Пустырнику выпей и не жми на кнопку по три раза, курица!
Амброзий (Чесуны)

Здравствуйте, Эльвира! Очень жаль, что вы покидаете дикий Российский рынок. Понимаю, что нет другого выхода. Но ведь на западе живет много русскоязычных эмигрантов. Можно надеятся, что Ваши книги будут выходить на русском языке?
Мария (Донецк)

Добрый день, Эльвира! Больно читать Ваши записи в блоге - очень расстраиваетесь, а зря! РИПОЛ просто нехорошая контора, Вам надо отыскать издательство-конкурент, которое примет Вас так, как Вы этого заслуживаете. Пожалуйста, не уходите в англоязычную прозу, Вы же - Русский Писатель, а это обязывает и лишения терпеть, и невзгоды превозмогать! Ваша читательница, М.Климова
Маруся Климова (Питер)

Добрый день, Эльвира! Больно читать Ваши записи в блоге - очень расстраиваетесь, а зря! РИПОЛ просто нехорошая контора, Вам надо отыскать издательство-конкурент, которое примет Вас так, как Вы этого заслуживаете. Пожалуйста, не уходите в англоязычную прозу, Вы же - Русский Писатель, а это обязывает и лишения терпеть, и невзгоды превозмогать! Ваша читательница, М.Климова
Маруся Климова (Питер)

Добрый день, Эльвира! Больно читать Ваши записи в блоге - очень расстраиваетесь, а зря! РИПОЛ просто нехорошая контора, Вам надо отыскать издательство-конкурент, которое примет Вас так, как Вы этого заслуживаете. Пожалуйста, не уходите в англоязычную прозу, Вы же - Русский Писатель, а это обязывает и лишения терпеть, и невзгоды превозмогать! Ваша читательница, М.Климова
Маруся Климова (Питер)

Эй, что такое творится на сайте уважаемой писательницы?! Уроды всякие тут своё хамство лепят, а мне на кой-то хрен Ухту приписали. Из Воркуты я, в Ухте и не была ни разу! Сайт взломали, что-ле???
Олимпиада (Воркута)

Этот мужчина Амброзий, хоть и говоирт, что с образованием, а грубиян, ужасно читать такое. Пенсия у меня невеликая, фашисты эти зажимают нас тут всяко, но копеечку ради любимых книжек всегда готова дать.
Вера (Валка)

Да ну, по 4 главам судя книжка - говно. И говорю я это как человек с образованием, а не баба клокочущая. Такое впечатление гнетущее, что курва нерусская писала, по русскую старательно подделываясь. Все слова через жопу как-то сказаны. Это жидомасоны всякие хотят опоганить нашу историю, а фотку девушки откуда-то стянули и поставили. Тьфу!
Амброзий Сигизмундович (Верхние Чесуны (село))

Знаете, я просто удивлена равнодушием и меркантилизмом российских издателей! Ну почему у них на уме одни деньги? Почему бы им не вложиться в бескорыстное издание книг Эльвиры? Ведь что такое деньги? — Один прах! Зато Эльвира работает на будущее. Может, стоит создать фонд бескорыстного издания и распространения книг Эльвиры Барякиной? Я бы с удовольствием внесла в него свою лепту. Как вы на это смотрите?
Ротвайнд Анна (Москва)

Дамы, не ссорьтесь! Ведь в единении наша сила, наша реальная помощь талантливой, но ранимой (так мне показалось)писательнице! Ведь охульщики не дремлют, им бы полаять только. Книг хороших мало, барахло везде, вот и выискивают себе жертву, которая не просто так ручькой машет, а душу вложила в свои книжки! Аргентинца вот жду прямо не знаю как. Герои уже родными стали.
Ольга Петровна Самойлова (Ухта)

Увы, Вера, не обижайся - когда столько завстников вокруг, поневоле будут видеть врага во всяком незнакомце! Ты бы знала, как обижают Эльвиру всякие дамочки с претензией на образованность, сами не умеющие написать и строчки! Им только семки щелкать! Лес рубят, щепки летят. Прости, Вера, но это для блага Эльвиры, чтоб всякие насмешники её не трогали.
Олимпиада (Ухта)

Вот уж не знала я, что даже мою весточку Эльвирочке не передадут. Всё исчезло, что я искренне хотела Эльвирочке сказать уважаемой. Зря вы так, так хотела сказать пистаельнице несколько тёплых слов. Спасибо Вам, Эльвира Барякина, за Ваш труд - нынешний и будущий.
Вера (Валка)

Эх, Эльвира, если бы вы знали, как я обманулась! У меня нет постоянного интернета, иногда только удается посидеть. И вот я осенью, после чтения "Белого Шанхая" узнала с вашего сайта, что к ярмарке московской выйдет "Аргентинец". И решила я поехать в Москву на ярмарку, чтобы купить вашу новую книгу и взять у вас автограф. Я три месяца деньги копила, заранее подала заявление на отпуск за свой счет, приехала. И вот - мордой об стол, ни Эльвиры никакой, ни ее книжек нет. Я и билет купила за 100 рублей на эту ярмарку. Думаете, оно мне было надо, без вас-то? А в издательстве "Рипол" сказали, что я сама виновата, надо было лучше читать ваши дневники там всякие. Да нету такой возможности, я же говорю. И вот я, как дурочка. спросила у них, будет ли книга в следующий раз. Они сказали, не обещают, но я могу приехать в сентябре. И я приеду, вот так вот, Эльвира. А если не будет, я их подожгу, честное слово, потому что так нельзя издеваться над людьми. Мы деньги платим и мы хотим вас видеть. Давайте, поправляйтесь, а то худая очень, думаю, болеете
Олимпиада (Воркута)

Здравствуйте, Эльвира! Живу я в маленьком городке Белёв Тульской области. Кстати, наш город упоминается в "Даме с собачкой", чем мы, белёвчане, очень гордимся. Так вот что я хочу сказать: я купил вашу книгу в прошлом июне за 399 рублей. Дорого, конечно, но очень мне обложка понравилась, душевная такая. Меня, правда, старуха ругала за такие траты. Но за хорошую вещь никаких денег не жалко. Книгу прочитал взахлеб. Никогда такого не читал. Дал почитать соседям, приятелям. Им тоже очень она глянулась. Всего книгу прочитало 32 человека. Я предлагал в местной библиотеке провести читательскую конференцию, но там отказались под тем предлогом, что не знают такой писательницы Барякиной. И это назыается работники культуры! Я, правда, тоже не знал, кто Вы такая. Спросил в книжном, есть ли ещё книги Барякиной? А они говорят, что вот одну книгу получили и продали её мне. Хорошо, мой внук Ванюшка (его в честь меня назвали) провёл мне в этом году интернет и научил пользоваться. Я долго не мог разобраться, но всё же разобрался. И недавно открыл, что вы ведёте цельный двненик о своей жизни. Я прочитал. И проразился вашему уму и трудолюбию. Это ж надо: по полсуток сидеть и писать. Я вот десять минут что-то пишу, а будто в кузне отстоял смену. А вы по полсуток! Ещё больше зауважал вас. И узнало, что вы написали ещё роман и что скоро он выйдет. Не могли бы вы, дорогая Эльвира, распорядиться, чтобы 32 экземпляра прислали к нам в Белёв, народ хочет читать, что там дальше происходит. А если нет такой возможности, тогда мы снарядим в Москву кого-нибудь, чтобы он закупил книжку для всех. Заодно можно и в мавзолей зайти, я там давно не был. Должен сказать, что ваш роман это как раз для нас. людей, скажем так, в возрасте. Потому что мы любим нашу историю. А молодужи всё равно, что раньше было, потому они и не читают ваших книжек. А если б читали, то узнали, как это было на самом деле. Что-то я заболтался. Да и устал писать, не обессудьте. Сообщите, когда ваш роман можно будет к
Иван Барабанов (Белёв)

Дорогая Эльвира! Нет слов, чтобы высказать Вам свою благодарность! С удовольствием прочитала "Белый Шанхай", не могла оторваться, так увлекательно и просто, такие глубокие вещи удалось вам затронуть. С нетерпением жду "Аргентинца", уверена, что это отличный роман, иначе не может быть! Большое дело делаете Вы для всей нашей русской литературы! Вы не только создаете талантливое литературное произведение, но и ломаете привычные предрассудки! Хороший писатель может быть настоящей женщиной! Я прочитала об этом в вашем интереснейшем блоге и всем уже давно пора это понять! Очень приятно видеть, что вы такая молодая и красивая. Дальнейших успехов! Спасибо за смелость и талант!
Елизавета (Дмитриева)

Дорогая Эльвира! Я в восторге от Ваших вещей. Прочитала выложенные Вами 4 страницы "Аргентинца" и поняла, что стилистически мне это напоминает. "Пелагию и красного петуха" Акунина! Вы наверняка не ответите, но не могу не задать вопрос: не помогали ли Вы в работе над этим романом? Я запоем прочитала "Белый Шанхай". Просто влюблена в Ваших героев, наслаждалась языком, умело воссозданным Вами колоритом эпохи. Уверена, что Ваши произведения со временем будут изучать в школе. Желаю Вам здоровья и творческих сил, "Аргентинцу" - скорейшего выхода. Ваша давняя и искренняя поклонница О.Берггольц
Олеся Георгиевна Берггольц (Санкт-Петербург)

Уважаемая Эльвира! Регулярно слежу за литературными новинками.Ваш проект считаю самым захватывающим проектом года.Очень красивый сайт!Сюжет цепляет и не отпускает. Невозможно остаться равнодушным,узнавая новые подробности нашей истории. Я и члены моей семьи с нетерпением ждем продолжения рассказа о Климе,Нине и др. Созданные Вами герои кажутся живыми,их судьба волнует.А те критики,которые называют их "пластмассовыми",сами-пластмассовые,неспособные сопереживать себе подобным. Смешно читать критические тексты тех "знатоков",которые не увидели в Ваших книгах ни идеи,ни сюжета,ни целей у персонажей,и которые оспаривают исторический жанр романов "БШ" и "А".Им бы я посоветовала почитать соответствующую справочную литературу.А скорее всего их брюзжание - от злобы и зависти.Это такая русская забава:пинать тех,кто умнее и удачливее.Вот из-за таких уродов с их революциями Россия и оказалась отброшенной в своем историческом развитии на сто лет!Полагаю,не стоит обращать на них внимание и продолжать работать для остальных, нормальных людей,которым интересно Ваше творчество.Так что с нетерпением ждем продолжения!Желаю успеха! Наталия Лефорт PS. Хотелось бы высказать некоторые замечания по тексту: л.3.3"На следующий день преступники явились в гимназию...".Этих лиц можно называть преступниками только после сответствущего приговора суда,которого,как следует из текста,не было.Поэтому с правовой точки зрения это неправильно. Может,назвать их "шалунами" либо как-то по-другому? л.3.3 "Отец ударил его наотмашь."(Как? Может быть, рукой по лицу?). л.4 "Иногда он пытался защищаться"(Как?Интересно). И еще.Слишком много тире. С грамматической точки зрения правильнее было бы некоторые из них заменить на двоеточие.
Наталия Лефорт (город Москва)

Эльвира Барякина! Я ваша поклонница ещё с тех пор, как прочитала ваш роман "Неопалиамая". С упоением прочитала "СПравочник писателя". И в нетерпении, когда же появится "Аргентинец". Ждать осталось недолго. Сейчас буду читать начало.
Анна (Москва)

© Эльвира Барякина.
Все права защищены. 2010 г.
olga

Самый приятный комплимент

Позвонил Юрий Александрович - тот самый, с которым мы вчера свиделись после десятилетней разлуки.

Юрий Александрович сангвинистичен, кругл, подвижен и эмоционален. В свои шестьдесят лет он, по сути, остался таким же, каким, наверное, был в молодости. Юрий Александрович всегда фонтанирует - словами и идеями. Вечный оазис хорошего настроения, которого никогда не касалось тлетворное дыхание депрессии.

- Ольга Рашитовна, вы знаете, что я сейчас делаю?! - он бурлил вопросительными и восклицательными знаками, и телефонная трубка накалялась изнутри.
- Отдыхаете, - осторожно предположила я.
- Да вы что?! Да как я могу?! Да я читаю! С утра! Без отдыху! Вот это да! Нет, а как она! Ну ни фига! А этот, который! Как, неужели он так и столкнул её в реку?! Нет, ну ни стыда, ни совести! А какая любовь, Боже мой, какая любовь! А откуда вы берёте такие фамилии? Они обнаружили, что только они двое и были русскими во всём классе! Ха-ха-ха! Гы-гы-гы!

Юрий Александрович хохотал, гоготал и клокотал. И вообще - веселился как ребёнок, выражая свой восторг столь бурно, что его доносившийся из трубки голос слышался даже на улице.

Ну и наконец он произнёс самый возвышенный свой комплимент:

"Я ПРОСТО ОБКАКАЛСЯ ОТ УДОВОЛЬСТВИЯ!"

И всё это относилось к некоей книженции под названием "Ищу человека", написанной безвестным автором по имени "Ольга Газизова".

...Нет, чёрт возьми, всё-таки приятно! Как говорится, "устами младенца"...

Потому что от вас, снобов скучающих с кислыми рожами, ни хрена не дождёшься.

Ну и хрен с вами, с другой-то стороны.
olga

Воспоминание о будущем, или Кое-что о воссоединении Церквей

Последние два месяца я читаю всякую иноязную литературу по проблеме воссоединения Церквей. Почему? Не знаю. Хочется. Перечитала французские, английские и итальянские фолианты и сборники документов по этой теме, оставшиеся мне в наследство от митрополита Питирима, со времён моей работы в его ведомстве ещё до эпохи "Московского церковного вестника" - работы при отделе иностранной корреспонденции, который в самом начале восьмидесятых возглавлял смиренный Василий Строганов, впоследствии священник - человек редких душевных достоинств и сногсшибательной иконописной красоты суховатого и изящного византийского пошиба. Его кабинет, насколько мне помнится, помещался на втором этаже знаменитого дома на Погодинской. Стоял месяц май, и одуряюще, каким-то дворянским запахом старинной усадьбы, пахло клейкими листочками старого тополя, который, как ветеран древнего московского быта, каким-то чудом уцелел во дворе.

Мы с Василием Строгановым друг друга понимали. Он понимал, что мне надо кушать (в то время я находилась в академическом отпуске), а я, в свою очередь, понимала, что он относится ко мне с состраданием и готов сделать для меня доброе дело, хотя, с другой стороны, это и не стоило ему больших трудов. Кроме того, мне было очень интересно на него смотреть (по причине, как было сказано, его красоты), а ему было очень интересно со мной разговаривать (по причине моей неглупости, надо полагать). Кроме того, ему совершенно, ну просто абсолютно нечего было делать в этом отделе, неизвестно для какой надобности открытым на старушечьи деньги неугомонным митрополитом. И тем не менее в отдел Василия Строганова стекались все эти фолианты и документы, в немалом количестве посылавшиеся из-за границы разными экуменическими деятелями всех ориентаций и деноминаций. От Строганова как эрудита, проработавшего несколько лет научным сотрудником во Всесоюзном институте научно-технической информации, требовалось писать отчёты по всей этой литературе, но их писала я. А мой работодатель аккуратно, своим каллиграфическим почерком, выводил в гонорарных ведомостях фантастические, с точки зрения моего желудка, суммы сначала в десятках, а потом и в сотнях рублей.

Но в один прекрасный день он уволился и рукоположился в священники. Я ему позвонила и спросила, что делать с книгами, которые находились у меня на рецензировании. "Да что хотите", - сказал отец Василий. После этого я видела его только раз, в церкви Малого Вознесения, той, что около Консерватории. Он немного поседел, но стал ещё более красивым и ещё более иконописным. Проповедь, которую он произнёс, была настолько изысканна и стилистически изящна, что никто из прихожан её не понял. Кроме меня. Я прослезилась и промокнула глаза кончиком шёлкового платка с чёрной бахромой, а потом тихими стопами ушла их храма. И в душе у меня осталось тихое, невыразимое сожаление. Нет, ну почему, вот скажите, почему такие вот интересные мужчины, стоит нам только завязать знакомство, спешным образом или рукополагаются, или постригаются?

Этот вопрос так и остался без ответа, но зато в моей библиотеке осталась дюжина фолиантов из отдела иностранной корреспонденции ИО МП. И вот теперь, четверть века спустя, я их почему-то перечитала. И почему-то снова прослезилась. С одной стороны, я, конечно, терпеть не могу экуменизм, о чём я в своё время говорила в пламенной речи, которую, может быть, кто-то ещё и помнит, а вот с другой стороны...

С другой стороны, честно вам скажу, мне очень нравится теория (а отчасти и практика) примата преемника святого Петра. Не вижу ничего дурного в идее "двух мечей". Считаю абсолютно справедливым догмат о непогрешимости (или, вернее, безошибочности) догматических суждений, высказываемых ex cathedra. Мне кажется, что неизвестно почему возмущающее многих filioque не таит в себе ничего возмутительного, а в качестве компромиссного варианта я бы, например, предложила формулировку trans Filium, которая, по здравом размышлении, должна была бы устроить всех. Так почему бы не встретиться и не потолковать за рюмкой чая? Не знаю, может, я и с приветом, но мне вот оно БОЛИТ, это разделение Церквей. Протестанты - это ладно, хрен бы с ними, но вот изымать из духовного обихода Крестовые походы, Контрреформацию, святого Хуана де ла Крус и короля Людовика Святого... да с какого перепою? Лично я их не изымаю. И вообще - нравится. Хотя, строго говоря, даже не в этом дело. А дело в том... Нет, а как это вообще можно - носиться с идеей "Третьего Рима", но при этом не знать и не любить историю Первого Рима, без её разделения на эпоху до 1054 года и после неё, как если бы до того все были благочестивыми кафоликами, а после того, аккурат в час Х, стали злочестивыми католиками? Хрень какая-то, по-моему, скажу я вам. Греческая надменность - и ничего более. Нашла коса на камень. Вот именно: константинопольская коса нашла на римский камень. Ну и кому от этого стало легче? Ведь в итоге в 1453-м году Цареград, второй Рим, пал, и на его защиту вышли всего лишь шестьдесят четыре человека (из всего огромного православного мира!), а вот Рим, первый Рим, в качестве светского государства, простоял ещё несколько веков и стоял бы ещё дольше, если бы не происки мировой закулисы.

Нет, я терпеть не могу ни экуменизма, ни униатства, но... отчего бы не собраться за рюмкой чая, в самом деле?

Да, но кому? Кому собраться-то? Кому это теперь надо? По-моему, никому, потому что православный либерализм сейчас мало чем отличается от католического, и все торгуют, торгуют, торгуют... И все пиарятся, пиарятся, пиарятся... И всем всё по фигу, по фигу, по фигу...

О чём и речь, в сущности.

Жалко.

"Последние времена, матушка, последние времена..."
olga

Жизнь как миссия

В своё время мне очень понравились слова покойного патриарха Алексия (Симанского) - про то, что жить надо так, как если бы при рождении человеку вручили изящный хрустальный сосуд, который он должен перенести "на тот конец" неповреждённым - не разбив его и даже не обезобразив трещинами.

Красивая метафора. Душа, жизнь - это сосуд. И, право слово, это должно оскорблять, естественным образом оскорблять наше чувство прекрасного - видеть его, этот сосуд, замаранным, надтреснутым или, паче того, разбитым. Собственно, так и происходит всякий раз, когда я вижу что-то... как бы это сказать... несоответствующее замыслу Творца: ну там, битые бутылки на лесной траве или надпись "Здесь был Эдик" на куполе храма. Воспринимаю это как пощёчину мирозданию.

Именно так, в сущности, я отношусь и к жизни - и к жизни вообще, и к своей собственной - в частности. Но ещё больше, чем страх замарать, меня пугает другое - страх не исполнить. И иногда, в каких-то ключевых моментах, это жутко тяжело. И жутко - это не потому что тяжело (тут, собственно, ничего тяжёлого нет, потому что "всё возможно верующему"), а потому что это просто тяжело понять: ЧТО ОТ МЕНЯ ТРЕБУЕТСЯ? Вот именно, что, собственно, от меня требуется - здесь и сейчас... Кто бы мне это сказал, а? "Направо пойдёшь - коня потеряешь, налево пойдёшь - сам жив не будешь, прямо пойдёшь... вообще не пойми чего". Ну и, самое главное, стоять на месте тоже никак нельзя: есть такие ситуации, когда промедление вообще смерти подобно.

Так и что же тогда остаётся делать? Для себя я нашла такой ответ - вслушиваться. То есть, так сказать, замереть настолько, настолько затаить дыхание, чтобы уже совершенно его не слышать - не слышать ни одного из своих собственных интересов, желаний, побуждений. Они должны, в этой божественной тишине, просто рассеяться, раствориться, исчезнуть... И только вот тогда, когда такого состояния достигнешь, - только тогда и услышишь то, что называется Божьей волей. Очень тяжело, жутко тяжело, практически невозможно достичь такого состояния, потому что сердце бьётся всегда, и слёзы отчаяния наворачиваются на глаза всегда, и спор, с кем-то видимым или невидимым, продолжается всегда...

И всё-таки наступает такой момент, когда уже нет никакой, решительно никакой возможности продолжать это постоянное обдумывание, это рассуждение, эту тяжбу неизвестно с кем. И тогда замолкают все эти внутренние разговоры, тогда уже совершенно ничего не говорят собственные интересы и желания... и тогда... тогда, собственно, и понимаешь, что жизнь (а особенно в самых существенных, самых сущностных её моментах) - это миссия, задание, "урок", который ты должен исполнить просто в силу того, что ты существуешь, просто в силу того, что вызван из небытия.

Ну и тогда становится всё просто. Становится понятно, что это, в общем-то, совсем не страшно - ни потерять коня, ни потерять жизнь, ни пойти туда незнамо куда.

Не страшно ничего; главное - выполнить.

И только тогда будет надежда, что этот сосуд ты перенесёшь из пункта А в пункт Б неповреждённым и незамаранным.
olga

О боли и страдании

Я очень выносливый человек. К физической боли совершенно не чувствительна. В позапрошлом году сломала средний палец левой руки - даже не заметила. Просто подвернулась на высоком каблуке, упала на асфальт, притормозив рукой, потом пошла дальше. Пришла в учреждение, а женщина при входе упала в обморок: сломанный палец торчал вовне, как крючок, под девяносто градусов. А я просто не заметила.

Во время родов я молчала как партизан. "Женщина, вы о чём думаете? Почему не кричите? Вам что, не больно?" - возмутилась акушерка. "А что, кричать надо?" - "Поговорите мне тут". Я открыла рот с намерением покричать, но быстро его закрыла. Как-то неудобно было, неприлично: кругом - белый кафель, торжественный солнечный свет, как в церкви. Некрасиво. Это было бы диссонансом. И я устремила свой взгляд на часы. "Чё ж так долго-то, ёлки-палки?"

Но вот, по законам компенсаторики, душевная боль... Она меня выбивает, напрочь. Невозможно ни подняться, ни пошевелить рукой. Ничего не болит - и при этом постоянный болевой шок, как у человека, который ещё не успел сгореть в трансформаторной будке.

Странное существо - человек, да...